Основной областью научных интересов кафедры является детская гастроэнтерология. Результаты научных разработок коллектива кафедры отражены в защищенных диссертациях, методических рекомендациях, патентах. Результаты научных исследований опубликованы в более чем 200 работах, в том числе — в рецензируемых ВАК журналах.   На кафедре заканчивается работа над диссертацией на соискание ученой степени кандидата медицинских наук, ассистента Мацукатовой Б.О. Получены новые знания о распространенности запоров в детской популяции РФ. Представлены данные о диагностической значимости электрогастрографии желудочно-кишечного тракта у детей. Получены новые знания о диагностических критериях моторных нарушений толстого кишечника у детей различного возраста с запорами. Разработана анкета для изучения распространенности запоров у детей. Показана информативность и безопасность неинвазивного метода суточной периферической электрогастроэнтерографии, который может быть использован как для первичного выявления имеющихся у больных изменений, так и для оценки эффективности проводимого лечения. Обоснована клиническая целесообразность и безопасность применения осмотического слабительного полиэтиленгликоля в качестве длительной поддерживающей терапии запоров у детей. Показано, что включение спазмолитика тримебутина в схемы лечения запора у детей может быть рекомендовано при наличии выраженного спастического компонента запоров. Представлены новые знания распространенности пищевода Барретта среди детей в мире и в РФ. Проанализированы клинические особенности и критерии диагностики данной патологии у детей.  На основе проведения ретроспективного анализа данных 872 ЭГДС детей, выполненных на базе эндоскопического отделения Университетской детской клинической больницы Первого МГМУ им. И.М. Сеченова за 2015 год. получены новые данные о структуре эзофагитов у детей по данным эндоскопического исследования. Кафедра проводит научное исследование на тему «Популяционное исследование распространенности целиакии и других глютен-зависимых расстройств у детей и подростков». Исследование выполняется в рамках гранта по приоритетному направлению деятельности РНФ "Исследование распространенности глютен-зависимых заболеваний в российской популяции и разработка нового биотехнологического подхода для получения безглютеновых продуктов» (Основной исследователь: д.б.н., директор НИИ Молекулярной медицины ФГБОУ ВО Первый МГМУ им.И.М.Сеченова Замятнин А.А.) Номер проекта 16-15-10410; Основной код классификатора: 05-301 Дополнительные коды классификатора: 05-227 05-101 Код ГРНТИ 76.29.34 Планируемые сроки проведения исследования 2016г. –2018г. Основной исследователь: доктор медицинских наук, профессор, заведующая кафедрой пропедевтики детских болезней педиатрического факультета ФГБОУ ВО Первый МГМУим.И.М. Сеченова Эрдес С.И. Исследователь: старший лаборант кафедры Антишин А.С.      Целиакия распространена во всем мире. Заболевания, протекающие с синдромом мальабсорбции, такие как целиакия, приобретают в последние годы медико-социальную значимость. По данным Всемирной ассоциации гастроэнтерологов, частота глютеновой энтеропатии в различных по­пуляциях колеблется от 1:100 до 1:300 [Bai, J.WGO-OMGE / J. Bai, E. Zeballos, M. Fried [etal.] Practice Guideline CeliacD isease. — 2005. — Vol. 10. — P.1—8.].      Проведенные популяционные исследования свидетельствуют, что распространенность целиакии колеблется в пределах 0,5-1% в общей популяции населения [WestJ., LoganR.F., HillP.G. etal., 2003; FasanoA., BertiI., GerarduzziT. etal., 2003; RostomA., MurrayJ.A., KagnoffM.F., 2006; GreenP.H., Ch. Cellier, 2007; Rodrigues A.F., Jenkins H.R., 2008; Rubio-Tapia A. et al., 2009]. В США частота целиакии среди взрослых 1:111, в детской популяции 1:167 [BertiI., et. al., 2000]. 2% -в Финляндии, 3% - в Швеции, 0,2% - в Германии [A. Fasanoetal, 2003; K. Mustalahtietal, 2010; C.J. Wingrenetal, 2012; A. Ivarssonetal, 2013]. Разброс показателей объясняется высокой частотой скрытых и атипичных форм заболевания [Holtmeier W., Caspary W.F., 2006]. Так, в Европе отношение диагностированных случаев к недиагностированным составляет от 1:5 до 1:13 [J. Baietal. Practice Guideline Celiac Disease. — 2005. — Vol. 10. — P.1—8.].        На сегодняшний день целиакия достаточно часто регистрируется в странах Азии, Африки и Латинской Америки [CarolinaBeguéetal., 2010; Mendez V. etal., 2004; Catassi C. etal., 2004].        Имеющиеся сведения о распространенности целиакии в России и странах СНГ крайне немногочисленны. В частности, в Казахстане она составляет 1:268 человек; Узбекистане (Ташкентский регион) - 1:366 [Шарипова М.Н., 2008; Камилова А.Т., 2006].        В России до настоящего времени масштабные эпидемиоло­гические исследования не проводились. Заболевание выявляется намного реже, чем встречается. В Иркутске и Иркутской области О.В. Анциферова [2014]  провела скрининг около 3500 пациентов, среди них детей и подростков было 1775. Не обнаружено разницы между русскими детьми и бурятами. Целиакия выявлена у 44 пациентов, при этом только у 8 имелись типичные для целиакии проявления. Установлено, что соотношение типичных и атипичных форм целиакии составило 1:6. Есть данные, указывающие, что на 1 выявленный случай целиакии приходится 5-13 не выявленных. Обследование в группах риска в Рязани показало частоту целиакии 1:85, в Томске – 1,2:1000 [Е.И. Кондратьева, 2012]. По данным Г.Н.Янкиной [2014], распространенность верифицированного диагноза целиакии среди детей Томской области составила 49,98 на 100 000 детского населения (1:2000 детского населения), в Краснодарском крае - 7,4 на 100 000 детского населения (1:13513 детского населения).        Целиакия в большинстве случаев манифестирует в раннем возрасте, течение заболевания осложняется развитием дефицитных состояний [Бельмер С.В., 2000; Ревнова М.О., 2003; Fasano A., 2009]. Наличие целиакии сопряжено с повышением риска развития ассоциированных аутоиммунных заболеваний, таких как сахарный диабет 1 типа, аутоиммунный тиреоидит, селективный дефицит IgA и других [Fasano А., 2003; Anderson L.A., 2007; Goldacreetal., 2008;VoltaU. etal., 2011].        Среди родственников 1 степени родства риск развития заболевания в 10 раз выше, чем в популяции [Парфенов А.И., 2003, 2007; Fasano A., 2003; Bourgey M., Calcagno G, Tinto N. etal., 2007].        Клиническая вариабельность целиакии, полиорганность поражения, а также неясность некоторых деталей патогенеза создают трудности ее диагностике и отсрочивают начало лечения [БельмерC.В., 2003; Парфенов А.И., 2007; Fasano A., 2003; Green P.H., CellierCh., 2007].        Не диагностированная целиакия может привести к серьезным последствиям, таким как: злокачественные заболевания желудочно-кишечного тракта, в част­ности лимфома тонкой кишки, необъяснимое бес­плодие, остеопороз, нарушение роста, аутоиммунные заболевания, которые возникают в десять раз чаще у взрослых пациентов с целиакией, чем в общей по­пуляции [A.P. Machado, L.R. Silva, B. Zausner Undiagnosed celiac disease in women with infertility// J. Reprod. Med. — 2013. — Vol. 58 (1—2). — Р.61—66]. По некоторым данным, у пациентов с не выявленной целиакией риск смерти до 4 раз выше по сравнению с общей популяцией [A. Rubio-Tapia, R.A. Kyle, E.L. Kaplanetal.Increased Prevalence and Mortality in Undiagnosed Celiac Disease // Gastroenterology. — 2009. — Vol. 137(1). — Р. 88–93.].        Несмотря на рекомендации Всемирной Организации Здравоохранения (ВОЗ) о создании скрининговой программы для выявления целиакии, таковая не была принята ни в одной стране мира. Представленные данные однозначно указывают на высокую распространенность целиакии, однако до сих пор нет ответа на вопрос: нужен ли скрининг всего населения для выявления больных целиакией или нет и если нужен, то каким образом его осуществлять [Maki M. To screen or not to screen for celiac disease. Changing features of celiac disease. Tampere, 1998. P. 51–53.]? По мнению A. Fasano [Fasano A. European and North American populations should be screened for coeliac disease // Gut. 2003. Vol. 52. P. 168–169.] Целиакия в полной мере соответствует условиям ВОЗ для скрининговых программ: 1) раннее выявление заболевания может быть затруднено в клинических условиях; 2) заболевание является распространенным в популяции; 3) скрининговые тесты должны обладать высокими чувствительностью и специфичностью; 4) лечение заболевания должно быть доступным; 5) в случае нераспознанного заболевания возможны тяжелые осложнения, затрудняющие курацию больного. Однако пока скрининговая программа в отношении целиакии не была принята ни в одной стране мира.        В настоящее время целиакия представляется распространенным заболеванием и требует активного внедрения новых подходов к диагностике и лечению. Оценить распространенность заболевания в России возможно после проведения скрининговых популяционных исследований. Подготовлена статья о распространенности целиакии в различных регионах РФ для публикации в англоязычном журнале. В соответствии с вышеизложенным, на 2016 год было запланировано: провести анкетирование с помощью специально разработанной анкеты, детей 7-18 лет с целью выделения детей групп риска по развитию целиакции и других глютен-завитсимых расстройств Задачи:
  1. Создание анкеты-опросника для выявления детей с признаками целиакии или других глютен-зависимых расстройств
  2. Обследование с помощью анкеты не менее 1000 детей в возрасте от 7 до 18 лет
  3. Статистическая обработка данных популяционного исследования
  4. Выделение, на основании разработанных критериев, детей групп высокого риска по развитию целиакии и других глютен-зависимых расстройств.   Настоящее исследование одобрено Локальным Комитетом по Этике ФГБОУ ВО Первый МГМУ им.И.М.Сеченова (Протокол №05-16 от 18.05 2016г.)

      В соответствии с поставленными задачами была создана разработанная на основе международных рекомендаций анкета для выявления детей с высоким риском развития целиакии, содержащая 17 вопросов. Основой для создания анкеты явились рекомендации

  1. Celiac Disease Guidelines Committee of the North American Society for Pediatric Gastroenterology, Hepatology and Nutrition [I.D.Hill, M.H.Dirks, G.S.Liptak, R.B.Coletti, A.Fasano JPGN 2005; 40:1-19]1
  2.  European Society for Pediatric Gastroenterology, Hepatology, and Nutrition Guidelines for the Diagnosis of Coeliac Disease [S. Husby, S. Koletzko, I.R. Korponay-Szabo, M.L. Mearin at al. JPGN 2012;54: 136–160]
  3. Gluten Intolerance Group
  4. Федеральные Клинические рекомендации по оказанию медицинской помощи детям с целиакией. МЗ РФ, Союз педиатров России 2015
  www.gluten.net http://www.naspghan.org/sub/celiac_disease.asp http://www.celiacdiseasecenter.org.   Анкета содержала вопросы, касающиеся симптомов целиакии (боли в животе нарушения стула, роста, развития ребенка, эмоциональные и поведенческие расстройства, аллергические заболевания); а также сопутствующих заболеваний, позволяющих отнести детей в группу риска по возможной целиакии (диабет, синдром Дауна, Тернера, аутизм и т.д.), или симптомов не связанной с целиакией гиперчувствительностью к глютену. Также было составлено информированное согласие для родителей анкетируемых детей и для детей от 14 до 18 лет. Анкетирование с помощью специально разработанной анкеты проводилось в школах г.Москвы. На настоящий момент обследовано 850 детей в возрасте от 7-18 лет. В настоящий момент проводится обработка анкет и создание базы данных. Продолжается научная работа доцента кафедры Мухаметовой Е.М над докторской диссертацией на тему: «Алгоритмы диагностики и лечения гастроэзофагеальной рефлюксной болезни у детей». Совместно со студенткой 5 курса педиатрического факультета Хандогиной А.С. проанализирована структура эзофагитов у детей по данным эндоскопического исследования. Целью исследования было: определить структуру эндоскопически позитивной ГЭРБ у детей по данным эзофагогастродуоденоскопии (ЭГДС), выявить возможные факторы риска развития эрозивной формы рефлюксной болезни (ЭРБ). Проведен ретроспективный анализ данных 872 ЭГДС детей, выполненных на базе эндоскопического отделения Университетской детской клинической больницы Первого МГМУ им. И.М. Сеченова за 2015 год. В основную группу исследования вошли 464 ребенка с эндоскопическими признаками эзофагита (девочки 43,5 %, мальчики 56,5 %) в возрасте от 3 до 18 лет (средний возраст 12,3±3,5 лет). Оценили структуру изменений в пищеводе, а также сопутствующие изменения слизистой желудка и двенадцатиперстной кишки, нарушения моторики верхних отделов пищеварительного тракта. Эзофагит диагностирован у 53,2% детей из всех проведенных ЭГДС (464 из 872). Частота ЭРБ составила 30,2% (n=140). ЭРБ достоверно чаще выявлялась у мальчиков – в 67,1% (р<0,05). Отмечалась выраженная динамика увеличения числа детей с ЭРБ с возрастом. Нарушения моторики достоверно чаще выявлялись у детей с ЭРБ по сравнению с катаральным эзофагитом: дуоденогастральный рефлюкс 68,6% против 48,8% (р<0,005) и недостаточности кардии 66,4% против 52,2% (р<0,05). Гастриты и дуодениты выявлялись практически у всех детей вне зависимости от эндоскопической характеристики эзофагита. Авторы сделали выводы: Эрозии в пищеводе диагностируются примерно в трети случаев всех эзофагитов у детей. Факторами риска можно предполагать мужской пол, подростковый возраст и сопутствующие нарушения моторики верхних отделов пищеварительного тракта. В рамках изучения эрозивных эзофагитов предпринято литературное исследование распространенности и особенностей течения пищевода Барретта (ПБ) у детей. Проблемам ПБ и аденокарциномы пищевода (АКП) в детской гастроэнтерологии уделяется недостаточно внимания, поэтому истинные показатели заболеваемости до настоящего времени не известны. Тем не менее, в связи с ростом числа воспалительных и метапластических изменений в пищеводе у взрослых, вопросы, посвященные этиологии, патогенезу, лечению и прогнозу при пищеводе Барретта у детей приобретает актуальное значение. Согласно научным исследованиям, частота воспалительных изменений в пищеводе у детей составляет 80,8%, в том числе эрозивного эзофагита - 16,1%. Особую значимость тема ГЭРБ приобрела в детском возрасте, когда была доказана прямая связь между длительностью течения эзофагита и вероятностью развития пищевода Барретта (ПБ), а в последствии и аденокарциномы пищевода (АКП) (S. Bhat., 2011; В.И. Чиссов, 2012; H.D. Appelman, 2014). Пищевод Барретта относят к факультативным предраковым заболеваниям. Пациенты с ПБ составляют группу риска по развитию АКП, с вероятностью малигнизации 0,2 – 2,1% [1, 2, 3]. Согласно отечественным исследованиям, ПБ выявляется у 6-12% пациентов с симптомами ГЭРБ, причем, риск развития АКП оценивается от 0,2% до 2,9% (в среднем 0,5-1%) [Ивашкин В.Т., Трухманов А.С., 2003]. Частота встречаемости ПБ среди детского населения, согласно недавно проведенным исследованиям, составляет 2,5 случая на 1000 обследованных [H.B. El-Serag et al., 2006]. По разным данным она колеблется от 0,3 до 4,8% случаев среди детей, причем, средний возраст постановки диагноза составляет примерно 12,4 лет [S.M.  Jeurnink et al., 2011]. Согласно американским исследованиям удалось выявить, распространенность ПБ среди детского населения (0.3-4.8%), а также время от появления первых симптомов ГЭРБ до возникновения ПБ, что составляет от 9 месяцев до 6 лет (в среднем 2,9 лет), а средний возраст постановки диагноза ПБ составляет примерно 9,5 лет. Группу исследования составили 176 детей с подтвержденным диагнозом ПБ [S.M.  Jeurnink et al., 2011]. Согласно когортному исследованию, которое включало 3364 новорожденного, родившегося преждевременно или с низкой массой тела, было выявлено, что низкий вес при рождении и преждевременные роды рассматриваются как фактор риска ПБ и АКП, что актуально среди детского населения. Дети, рожденные с низкой массой тела (меньше 3-го перцентиля, и не более 2000 г) имеют риск развития ПБ, а также АКП в 7-11 раз, превышающий таковой у детей, рожденных с нормальными показателями массы тела. Это объясняется увеличением гастроэзофагеальной рефлюксной болезни в раннем возрасте у недоношенных и маловесных детей, что является основной причиной возникновения ПБ, а в последующем и АКП [Forssell L. Et al,2013;  Kaijser M. Et al.,2005]. Вопрос влияния генетических факторов на развитии ПБ остается открытым. Многие ученые выдвигают гипотезу семейного наследования ПБ и АКП, о чем свидетельствует ряд исследований. Это было поддержано рядом докладов семейной кластеризации как пищевода Барретта, так и аденокарциномы пищевода [Eng C, Spechler SJ, Ruben R, Li FP. 1993; Poynton AR et al.,1996]. Эти исследования свидетельствуют о., возможности аутосомно - доминантного типа наследования ПБ и АКП. Группа американских ученых, впервые  доказала наличие семейного наследования ПБ и АКП (у пациентов с ПБ и АКП в 24% случаев в семейном анамнезе отмечались данные патологии, когда у лиц с ГЭРБ лишь в 5%) [Chak A. Et al, 2002]. В последствие было обнаружено наследование пищевода Барретта и аденокарциномы пищевода по неполному аутосомно-доминантному типу [Sun X, Elston R, 2010]. В настоящее время активно ведутся исследования генов, отвечающих за развитие данной патологии.  В последнее время появляются данные, указывающие на потенциальную связь инфекции  H. Pylori  и  ПБ. Один из последних мета-анализов выявил ​​обратную связь между H. Pylori и возможностью развития ПБ. Считается, что инфекция уменьшает риск развития ПБ, так как индуцирует апоптоз в метаплазированных клетках при ПБ [45]. Однако нет исследований, которые бы подтверждали связь между H. Pylori и вероятностью прогрессирования ПБ  в АКП. Результаты работы, проведенной недавно, не выявили патогенетической роли H. Pylori в развитии эрозий и метаплазии эпителия пищевода [Герасимова Н. В. И соавт., 2006].  Особое внимание следует уделить наличие сопутствующей грыжи пищеводного отверстия диафрагмы у пациентов с ПБ. Роль ГПОД в развитии ПБ как у взрослых, так и у детей на сегодняшний день абсолютна доказана. ГПОД диагностируется среди детей с клинически подтвержденным диагнозом ГЭРБ примерно в 51% случаев, причем чаще у лиц мужского пола. ГПОД достоверно чаще регистрируются у детей с подозрением на ПБ (11,8% против 2,2%) [Au Yeung KJ et al., 2015]. Таким образом, несмотря на низкую частоту встречаемости пищевода Барретта у детей, проблема данной патологии заслуживает должного внимания в связи с возможностью злокачественного перерождения этого состояния в аденокарциному пищевода. В связи с отсутствием характерных симптомов у детей с ПБ, а также недостаточной точностью диагностики данного состояния про проведении «рутинной» ЭГДС, существует вероятность не диагностировать вовремя эту патологию. Несмотря на разработанные алгоритмы диагностики и терапии гастроэзофагеальной рефлюксной болезни у детей, существует группа больных, предрасположенных к тяжелому течению заболевания, требующая индивидуального подхода и длительного наблюдения ввиду риска развития осложнений. В Российской федерации и за рубежом нет четких рекомендаций по диагностики и лечению ПБ, поэтому данная проблема требует дальнейшего изучения. Текущие материалы диссертации доложены на тематических конгрессах и конференциях, а именно: Всероссийской научно-практической студенческой конференции с международным участием «Медицинская весна-2016»   Мацукатовой Б.О. апробирована диссертационная работа «Клинические особенности, электрическая активность ЖКТ, дифференцированный подход к лечению запоров у детей».  Впервые на основании проведённого в 2009-2015 гг. анкетирования с использованием III Римских критериев 2250 детей в возрасте от 1 месяца до 18 лет, установлено, что распространенность запора у детей в Российской Федерации составляет 46-56% (в среднем, 54%). Наибольшая частота запоров выявлена в Уральском и Центральном Федеральных округах (75% и 60%, соответственно). В Северо-Западном, Сибирском и Южном Федеральных округах она составила, соответственно 48%, 42% и 37%. Впервые по данным популяционного исследования показано, что более половины опрошенных детей (n=1524) без задержки стула 3 раза в неделю и менее, имели другие жалобы, которые укладывались в III Римские критерии запора. Впервые были изучены показатели суточной периферической электрогастроэнтерографии у детей с запорами; в том числе в динамике на фоне лечения. Установлены показатели, свидетельствующие о нарушении моторики толстой кишки, замедленном транзите с дискоординацией сократительной функции: снижение электрической активности толстой кишки (Pi/Ps), скоординированности сокращений (Pi/Ps+1) и коэффициента ритмичности (Kritm), нерегулярные и запоздалые гастроколические рефлексы. Впервые по достоверным улучшениям показателей периферической электрогастроэнтерографии была доказана эффективность полиэтиленгликоля в лечении запоров у детей. Подтверждена высокая клиническая эффективность и безопасность осмотического слабительного полиэтиленгликоля в лечении запоров у детей. Проведенная впервые оценка в динамике основных показателей периферической электрогастроэнтерографии подтвердила целесообразность длительного (более месяца) лечения осмотическим слабительным полиэтиленгликолем с целью достижения стойкого «обучающего» эффекта. Показано, что включение в схему лечения запоров спазмолитика тримебутина достоверно снижает абсолютную суммарную электрическую активность ЖКТ, относительную электрическую активность Pi/Рs толстой кишки, что исключает целесообразность назначения спазмолитической терапии всем пациентам с запорами. Показана эффективность тримебутина в купировании спастических проявлений запоров. Разработана анкета для изучения распространенности запоров у детей. При постановке диагноза «Функциональный запор» у детей необходимо пользоваться III Римскими критериями, включающими не только кратность дефекаций, но и другие признаки запора. Показана информативность и безопасность неинвазивного метода суточной периферической электрогастроэнтерографии, который может быть использован как для первичного выявления имеющихся у больных изменений, так и для оценки эффективности проводимого лечения. Обоснована клиническая целесообразность и безопасность применения осмотического слабительного полиэтиленгликоля в качестве длительной поддерживающей терапии запоров у детей. Показано, что включение спазмолитика тримебутина в схемы лечения запора у детей может быть рекомендовано при наличии выраженного спастического компонента запоров. Продолжается научная работа ассистента кафедры Топольсковой И.А. над кандидатской диссертацией на тему: «Клинико - эндоскопические и функциональные изменения верхних отделов пищеварительного тракта у детей с ГЭРБ». Всем больным выполняются стандартное обследование, ЭГДС и комбинированная внутрипросветная многоканальная рН-импедансометрия. У обследованных больных с гастроэзофагеальной рефлюксной болезнью в большей степени выявлены кислотные рефлюксы. Следует отметить, что у пациентов с отсутствием жалоб на изжогу, отрыжку, боли в эпигастрии, были выявлены патологические рефлюксы, многократно превышающие норму. Ведется работа по написанию обзора литературы. Планируется обследование 100 детей от 7 до 17 лет с ГЭРБ. На данный момент обследовано 30 детей с ГЭРБ. Продолжается диссертационное исследование на соискание ученой степени кандидата медицинских наук Пестовой А.С. на тему «Состояние моторно-эвакуаторной активности желудка и двенадцатиперстной кишки у детей с гастроэзофагеальной рефлюксной болезнью». Цель планируемого исследования: на основе сопоставления клинических особенностей ГЭРБ с данными эндоскопического обследования и показателями биоэлектрической активности желудка и двенадцатиперстной кишки, разработать дифференцированный подход к лечению. С целью установления нормальных показателей моторно-эвакуаторной функции верхних отделов пищеварительного тракта обследованы 30 здоровых детей различного возраста методом стандартной периферической компьютерной электрогастроэнтерографии. Поставленные задачи выполнены. Результаты НИР предполагается использовать в практике работы врачей педиатров, гастроэнтерологов, врачей функциональной диагностики. Информацию по результатам НИР предполагается включать в материалы лекций и практических занятий студентов на кафедрах пропедевтики детских болезней, факультетской и госпитальной педиатрии, в программы цикловых занятий врачей на кафедрах последипломного  образования высших образовательных учреждений медицинского профиля.