Eng

Во время эпидемии COVID-19 многим врачам пришлось сменить специализацию. С зараженными пациентами долгое время работали в том числе хирурги, травматологи, гинекологи, урологи. Они месяцами не видели свои семьи — жили в гостиницах и даже в больницах, чтобы не рисковать здоровьем родных. В «красной зоне» даже праздновали дни рождения, после которых приходилось утилизировать шарики. «Известия» поговорили с медиками, трудившимися на первой линии, и узнали, чего им это стоило.

Трое в лодке


Среди тех, кому во время эпидемии пришлось сменить профиль, оказался завотделением торакальной хирургии УКБ №1 Первого МГМУ им. И.М.Сеченова Владимир Паршин. Он не раздумывая согласился возглавить отделение для лечения пациентов с коронавирусной инфекцией. Неделю назад врач завершил работу в «красной зоне».

Торакальная хирургия — это специфическое и даже уникальное, по словам Владимира Паршина, направление, связанное с органами грудной клетки, в частности с трахеей. Инфекционные больные — совершенно другая категория, поэтому врачи оказались в непростой ситуации. Разобраться во всем помогали пульмонологи из УКБ 4, которые каждый день проводили обходы и объясняли коллегам все особенности патологии, а также дыхательной дореанимационной неинвазивной вентиляции. Аппаратура позволила спасти многих пациентов на дореанимационном этапе — их не пришлось подключать к ИВЛ, отметил Владимир Паршин.

У меня два сына, тоже хирурги. Они спросили: мы работаем или идем в самоизоляцию? Я ответил: решайте сами. Они решили работать. Оба надели защитные костюмы и пришли ко мне в отделение. При этом у обоих есть маленькие дети — у меня шесть внуков. Два с половиной месяца сыновья провели в «красной зоне». Один из них жил дома, а другой переехал в квартиру друзей, которые самоизолировались на даче. И всё это время сын не видел семью, — рассказал «Известиям» Владимир Паршин.

123


Сам же он продолжал ездить домой, поскольку его жена работает врачом в Одинцовской ЦРБ и, предположительно, переболела коронавирусом еще до перепрофилирования больниц.

Особенно тяжело было работать первые две недели, когда пошел большой поток пациентов с тяжелыми формами СOVID, с дыхательной недостаточностью. Все они были кислородозависимые. У нас отделение рассчитано на 40 человек, в первую неделю мы целиком его заполнили. В одну ночь поступило сразу 27 пациентов, это очень много для дежурной бригады, — поделился Владимир Паршин.

Для стеноза трахеи, с которым врач сталкивается в своей обычной практике, также характерна дыхательная недостаточность, поэтому ему и его коллегам было более привычно работать с больными COVID, чем, например, пластическим хирургам, травматологам. Сложнее всего оказалось повлиять на настрой пациентов, признался Владимир Паршин. В хирургию люди попадают уже подготовленными, обследованными. А здесь, например, молодой человек, который никогда ничем не болел, вдруг почувствовал повышение температуры, пошел в поликлинику и через час уже оказался в инфекционном отделении.

— Пациенты не могли ни с кем общаться, врачи заходили к ним в защитных костюмах, всё это угнетало. Нам приходилось заниматься психотерапией, обход занимал два часа, каждому больному говорили, что все не так страшно, что болезнь лечится, — вспоминает Владимир Паршин.



Ссылка на публикацию: iz.ru

про COVID-19